Читатель имеет право знать всё!

http://delovoy.berdyansk.net 

28 сентября – 4 октября 2000 №39 (113)

Свобода слова – вещь удобная

Свобода слова считается у нас неким атрибутом демократии, "достижением", к которому необходимо стремиться. Рискну предположить, что именно отсюда и определенное (совсем не позитивное) отношение к этому явлению как в обществе, так и во власти.

Дело в том, что никто нигде и никогда не "строил" демократию. Люди всего лишь заботились об удобстве и комфорте своей жизни и рациональном управлении в государстве, а также о создании и поддержании условий для этого. В результате, у них получилась демократия, а заодно и свобода слова (отметим: видимо, в тех случаях, когда демократию "строят" специально, всегда получается то, что у нас). Поэтому поговорим о свободе слова именно с позиций "удобной жизни", рациональности и т.п.

Понятно, что простые трудящиеся догадываются о преимуществах и удобстве свободной печати: из нее можно узнать, куда поехать в отпуск, прочитать увлекательные подробности убийств, совершенных с особой жестокостью, или ознакомиться с жизнеутверждающими прогнозами Павла Глобы. Впрочем, на эту сторону свободы прессы никто у нас не посягает, и здесь она процветает самым завидным образом.

Проблемы существуют в другой части прессы, которая пишет о политике, о решениях, принимаемых властями различных уровней. Эта часть имеет дело как раз с непростыми трудящимися, и именно здесь и возникают конфликты журналистов с различного рода начальниками, считающими своим долгом обидеться на кругленькую сумму или прибегнуть к другим, более радикальным методам. Делают они это зря, потому что свободная пресса – вещь полезная для их тонуса и поддержания интереса к жизни. Подчеркну, я намеренно не останавливаюсь на "общедемократических" аспектах проблемы, правах как отдельных граждан, так и общества на информацию и т. п. вещах: в этой стране все это – пустой звук. Я лишь пытаюсь объяснить начальникам всех мастей, зачем им свобода печати.

Во-первых, бороться с газетами – не только то же, что бороться с зеркалом. Это еще и дурной тон – все равно, что ходить в малиновом пиджаке и носить золотую цепь на шее. Лица, занимающиеся публичной деятельностью, не совсем равны с прочими и не должны злоупотреблять своей приватностью – это заключение Верховного суда США по делу Ларри Флинта поставило юридическую точку в давно сложившейся практике. Можно ведь повернуть проблему и так: если о тебе пишут газеты, значит ты – "белая кость", элита и т. п. Это своего рода атрибут высшего общества – как битье палками в английских аристократических школах. Негоже обижаться на каких-то писак, так поступают только лохи.

Во-вторых, если тебя "прописали" в газете – значит, ты недостаточно ловок и хитер. В следующий раз будь хитрее, пока тебя опять не разоблачат ит.д. Общественная система жизнеспособна не тогда, когда все запрещено или регламентировано, а тогда, когда нарушать правила дороже, чем их соблюдать. На поддержание этого состояния работает и свободная пресса.

В-третьих, газетное дело – это производство, а газета – это товар. Законы рынка действуют здесь так же, как и везде. О чем писать журналисту? Естественно, о том, что интересно читателю и что выделит его издание среди других. Вот тут и попадаются ему разнообразные начальники... "Въедливый" журналист, пытающийся раздобыть информацию о разного рода делишках должностных лиц, не имеет к ним ничего личного и в большинстве случаев не выполняет чьего бы то ни было задания. Он просто работает.

В-четвертых, вопреки распространенному мнению, наши газеты процентов на 80% сообщают своим читателям мысли своих журналистов или авторов газеты, а не позицию своего "хозяина". "Хозяин", даже если он Юлий Цезарь, просто не в состоянии иметь точную позицию по всем вопросам жизнедеятельности (а газеты пишут обо всем) и уж тем более использовать все публикации газеты для проведения многоходовых политических комбинаций. Даже в политике, специализации "хозяев" газет, бывают разночтения. Так, например, одно время было в "Дне", когда Евгений Марчук позиционировался в качестве социал-демократа, а "его" газета имела либеральный, если не консервативный характер.

В-пятых, как "олигархи" будут планировать свою деятельность без свободной прессы? Как они узнают, что на самом деле предпринимают конкуренты? В качестве источника информации остаются только подчиненные (т. е. лица заинтересованные) и слухи, чаще всего – провокации. Известно, что подчиненный понимает указания своего начальника, даже при возможности задавать вопросы, только на 60%. Чем длиннее цепочка, тем меньше информации доходит до ее последнего звена. А как же быть в условиях полного недоверия, намеков и нашептывании? Это просто неэффективно, необходимо держать войска в боевой готовности на всех направлениях, а единственная политика, которую можно проводить, называется "тащить и не пущать". Так и разориться можно. Недостаток информации, тех самых "голых фактов", катастрофически сказывается не только на олигархических интригах, но и на государственном управлении.

И последнее. Я отнюдь не думаю, что, прочитав все это, "олигархи", воскликнув радостно "ой", побегут создавать свободные СМИ. Я просто выполняю свою работу.

Владимир ЗОЛОТОРЕВ "Кіевскій Телеграфъ"